Ангелина Степанова. Большая роль. (Продолжение)

Текст: Виталий Вульф. Запись: Серафима Чеботарь.
Журнал "L'Officiel". Русское издание. №43 декабрь - январь 2002-2003.

Летом 1937 года Степанова впервые выехала за границу - на гастроли в Париж. В первый же день, выйдя на улицу (на ней было платье в ярких цветах, последний крик московской моды), Лина чуть не сгорела от стыда. В Париже носили совсем другое. Она бросилась в магазины. В одном из бутиков по соседству с отелем нашла то, что хотела, - строгие платья простого, элегантного кроя. Не думая, она потратила все свои деньги.

Ее Бетси очаровала и французскую критику. Но не только этим запомнились Лине гастроли. В Париже она познакомилась с писателем Александром Фадеевым, с которым ей было суждено прожить вместе почти двадцать лет. Она гуляла по парижским улочкам вместе с подругой, актрисой Еленой Елиной, когда им встретился Александр Фадеев. Он пригласил Лину поужинать - он не произвел на нее особого впечатления, но она согласилась: все деньги были потрачены на одежду. Уже через несколько дней Степанову спрашивали, почему Фадеев постоянно сидит в вестибюле отеля, где жили актеры МХАТа... Они поженились в новогоднюю ночь 1938 года, в Художественном театре.

ФАДЕЕВ и Степанова поначалу жили очень дружно, но им редко удавалось подолгу быть вместе: она все время в театре, на гастролях, он тоже постоянно в делах, разъездах - Фадеев был руководителем Союза писателей. Когда удавалось, ждал ее, обживая новую квартиру, обустраивая дачу в Переделкино. Хозяйством занималась Мария Владимировна, мать Лины. Денег было мало, но Ангелина и Александр чувствовали себя счастливыми. А нехватку личного общения им заменяли письма... Весной 1941 года Степанова тяжело заболела и впервые не поехала на гастроли. И переехала с семьей на дачу - наконец-то она смогла пожить, как мечтала, с любимым мужем, матерью и сыном. Но началась война.

Художественный театр был эвакуирован, Степанова из-за болезни с театром не выехала и эвакуировалась с семьей в Чистополь, городок на Каме, где разместились семьи писателей. Туда очень долго, очень медленно ехали поездом. На одной из станций, выйдя за кипятком, Лина заметила женщину с потерянным лицом, в старом, но парижском платье. Это была Марина Цветаева. Они так и не познакомились: было не до того. Цветаева не смогла остаться в Чистополе и оказалась в Елабуге. Через месяц она покончила с собой.

В Чистополе Степанова сразу же организовала художественную бригаду из актеров местной труппы, писательских жен и артистов, оказавшихся в городе. Успех был огромный, но Лина все равно чувствовала себя оторванной от настоящей жизни. Узнав, что в Саратове Художественный театр продолжает активно выступать, она в августе 1942 года уезжает из Чистополя. Уже осенью МХТ вернулся в Москву. Там, среди разрухи, холода, постоянных налетов, театр продолжал работать. Степанова много играла. 14 августа 1944 года у нее родился второй сын - Миша. Я

В ПОСЛЕВОЕННЫЕ годы, после смерти Немировича-Данченко, театр стал слабеть. Степанова по-прежнему много играла, но ситуация в театре перестала ее удовлетворять. В личной жизни все тоже было негладко. Александр Фадеев, обладавший страстной натурой, был большим любителем женщин, у него постоянно были романы на стороне. Ангелина Иосифовна предпочитала не замечать развлечений мужа, но прекрасно о них знала. Если с ней пытались говорить об этом, окатывала ледяным взглядом - так смотреть умела только она, - и меняла тему. (У Фадеева была внебрачная дочь Мария от Маргариты Алигер. Когда Мария выросла, она всерьез увлеклась театром, и ее кумиром стала Ангелина Степанова. Познакомившись с Мишей, сыном Степановой и Фадеева, своим единокровным братом, она попросила его познакомить ее с матерью, Миша передал просьбу Ангелине Иосифовне. Степанова ни в чем не могла отказать сыновьям, сказала, что обязательно познакомится с Марией - как только найдется время. Но времени не нашлось...) По мере продвижения по служебной лестнице - он был Генеральным секретарем Союза писателей, депутатом Верховного Совета - Александр Фадеев все больше и больше уходил в себя, стал пить, и жить с ним рядом было тяжело. Он болел - печень, сердце... Постоянно болели и дети, особенно Миша. Но Степанова давно приучила себя к мысли, что ее личные дела -это прежде всего театр и лишь потом все остальное, хотя и муж, и дети значили в ее жизни многое. Александр Александрович часто говорил ей: «Все, что не главное, - мимо, мимо», и она твердо усвоила его совет.

В их квартире у нее была своя половина, с отдельным входом, и никому не разрешалось входить туда, кроме определенных часов - после спектакля. Степанова была главой семьи. Ни занятость Фадеева, ни его проблемы не могли помешать ему исполнять просьбы - скорее, приказы - Ангелины Иосифовны. Он водил детей в школу, ходил на родительские собрания, беспрекословно выполнял все ее пожелания, так же, как она - все пожелания детей. В средствах семья не была ограничена - «Молодую гвардию» печатали колоссальными тиражами. Какие бы бури ни случались, Степанова оставалась всегда элегантной. Такого вкуса, умения носить вещи и потрясающей фигуры не было ни у кого. Она одевалась у лучших московских портных, старалась не покупать готовую одежду: считала, что сшитые специально для нее вещи сидят лучше и больше соответствуют ее пониманию того, что значит хорошо одеваться. Она могла себе позволить наряды из лучших французских бутиков - Фадеев часто бывал за границей. Hо Степанова никогда не просила его покупать одежду: ее интересовали фасоны, ткани, цвета, но платья она заказывала в Москве, подробно и со знанием дела объясняя, как надо шить. Туалеты у нее были бесподобные - и при этом ничего экстравагантного, кричащего, все очень сдержанно, изысканно, просто и очень элегантно. На ее фоне любая модница выглядела вульгарно.


       1    2    3    4